lebedev-lomonosov

 

Лебедев Е.Н. Ломоносов

 
 
 
 
 
 
  Предыдущая все страницы
Следующая    
Лебедев Е.Н.
Ломоносов
стр. 324


избирают иностранным почетным членом Академии 200 рублей в год и соответственно меньший объем работы. Но и в том и в другом случае Шлецер не собирался оставаться в России. Направляя Опыт в Канцелярию, Шлецер сопроводил его рапортом, в котором просил отпустить его в Германию на три месяца для устройства домашних дел и намекал на то, что неплохо было бы подумать о новом служебном назначении его: Если же своей почти двухгодичной службой при им. Академии мне посчастливилось угодить ей и если она вследствие того признает меня достойным служебного назначения, то я очень желал бы, чтобы им. Академия соблаговолила объявить мне в таком случае свое суждение еще до моего отъезда.

Академики, обсудив ситуацию, предложили Шлецеру представить План всем упражнениям, которые при Академии отправлять может. Он менее чем через неделю подал требуемое. План Шлецера состоял из двух разделов, которые не столько даже систематизировали круг его интересов в русской истории, сколько обозначали необходимые этапы ее научного освоения. Это была в полном смысле слова исследовательская программа. Первый этап должно было целиком посвятить работе над источниками и прежде всего над летописью, а потом уже над иностранными свидетельствами о России и русских. Русское источниковедение это совершенно невозделанное поле, и обрабатывать его это не значит продолжать то, на чем другие остановились, это значит начинать сначала. Русская летопись в основе своей это Нестор. Все остальные летописные свидетельства о древнем периоде русской истории это позднейшие наслоения и искажения. Задача историографа очистить Нестора от них. Только после этого можно будет приступить к научному повествованию о русской истории, которое охватит более чем семисотлетний период от Рюрика до последнего представителя начатой им династии. Здесь он собирался, наряду с источниками использовать труды Татищева и Ломоносова Далее Шлецер предполагал об этом речь шла уже во втором разделе плана создать целый ряд научно-популярных книг по истории, филологии, географии и статистике.

Казалось бы: ну, что можно иметь против этого Неужели хоть кто-нибудь мало-мальски сведущий в исторической науке будет возражать и доказывать, что он не достоин профессорского звания Однако ж именно некомпетентные в истории академики Эпинус и др. как раз и поддержали, причем самым решительным образом, кандидатуру Шлецера. А вот мнения историков разделились. Фишер высказался за, но в характерно осторожных выражениях: Если г. Шлецер то, что обещал, исправить может, то я не сомневаюсь, чтоб не был он достоин произведения в академические профессоры. Миллер, не ставя под сомнение способности и прилежания Шлецера, считал, что сделать его ординарным профессором можно, но при условии, что он согласится всю свою жизнь препроводить в здешней службе. А поскольку это невозможно, ибо Шлецер собирался, уехав из России, публиковать русские материалы за границей что было выгоднее, то его следует назначить иностранным членом с пенсионом и обязать при этом, чтобы он ничего, что до России касается, в печать не издавал без предварительного согласия Петербургской Академии наук. Наконец, самым резким и обидным для Шлецера вновь оказался Ломоносовский отзыв. Ломоносов поставил под сомнение голоса, отданные за Шлецера академиками, во-первых, не имеющими отношения к истории, во-вторых, сплошь иностранцами, а свое собственное мнение о нем высказал очень даже недвусмысленно: Свидетельства иностранных профессоров о знании г. Шлецера в российских древностях почитать должно недействительными, затем что они сами оных не знают Что ж до меня надлежит то оному Шлецеру много надобно учиться пока, может быть профессором российской истории Второй свой отзыв касающийся уже непосредственно Шлецерова плана работ Ломоносов завершил такими вот словами едва ли не издевательскими с точки зрения Шлецера- Впрочем г Шлецер может с пользою употреблять успехи свои в российском языке не сомневаясь о награждении за его прилежание ежели он не столь много о себе думая примет на себя труды по силе своей Тут можно подумать что Шлецеру вообще предлагалось оставить занятия историей в том объеме в каком он наметил

  Предыдущая Начало Следующая    
 
 
Новости
Кинотеатр в Новосибирске усилит охрану в день предпоказа «Матильды»
Кинотеатр «Люксор» в Новосибирске, где 22 сентября состоится предпремьерный показ фильма «Матильда» Алексея Учителя, усилит охрану и примет дополнительные меры безопасности.
Известный художник Никас Сафронов напишет портрет Минниханова
Известный российский художник Никас Сафронов рассказал, что планирует написать портрет президента Татарстана Рустама Минниханова, при этом он уже написал портрет мэра Казани Ильсура Метшина.
В Саратове начинается новый театральный сезон
Саратовский Театр оперы и балета открывает свой новый сезон. Об этом сегодня журналистам объявил директор учреждения Алексей Комаров.
Музыкант показал, как Агутин поет вместо Варум
Феофан, который хранит свое настоящее имя в секрете, с помощью специальной программы показал, что если понизить голос Варум на четыре полутона, то в итоге слушатель может наслаждаться звучанием голоса Агутина.
Олег Газманов представил новый клип «На закате плачет мачо»
Олег Газманов представил новый клип. Идею для видео на песню "На закате плачет мачо" певцу подала супруга.
Две саратовчанки попали в полуфинал конкурса «Мисс Офис -2017»
Две девушки из Саратова попали в полуфинал международного конкурса красоты среди офисных сотрудниц "Мисс Офис-2017".
 
все страницы карта библиотеки
© 2003-2011 Историко-Мемориальный музей Ломоносова. Неофициальный сайт.

Яндекс.Метрика